Знакомьтесь, Анна Сас — одна из самых талантливых футболисток Беларуси.
«Ключевую роль в переходе сыграл Бернд Штанге». Белоруска попробовала себя в женской бундеслиге

В мужском футболе белорусы уже давно не уезжают в топовые европейские чемпионаты. А вот в женском в этом году состоялся один такой трансфер. В феврале полузащитница «Минска» и сборной Беларуси Анна Сас вышла в открытый космос — перебралась в немецкую бундеслигу, которая считается одним из лучших национальных чемпионатов в Европе. И не беда, что ее «Карл Цейсс» из Йены зимовал на последнем месте в таблице и в итоге вылетел из элитного дивизиона, а Аня получила не так много практики. Даже 7 матчей и 146 игровых минут, встречи с топ-клубами «Баварией» и «Вольфсбургом», качественный тренировочный процесс сильно обогатили ее как игрока. Это может стать хорошим подспорьем для классной карьеры, тем более что исходные данные у Сас многообещающие. Она дебютировала в «Минске» и в сборной Беларуси еще в 16 лет, а нынче, в свои 18, твердый игрок основного состава национальной команды.

— Как 18-летняя футболистка из чемпионата Беларуси смогла оказаться в бундеслиге?

— Помогли отборочные матчи сборной. Прошлым летом несколько клубов начали следить за выступлениями нашей команды. Один из них представляет чемпионат Германии. Несколько человек ему приглянулись. Но в итоге поехала я одна. Не думаю, что в «Карл Цейсс» смотрели матчи чемпионата Беларуси — в этом не было нужды. Там прекрасно понимают, что это немного другой уровень. Но в августе у «Минска» была еще Лига чемпионов. В процессе наблюдений клубу, видимо, начали импонировать мои действия. У меня силовой стиль игры.

— Правда, что в твоем трансфере поучаствовал бывший главный тренер мужской сборной Бернд Штанге, который живет в Йене?

— Правда. Думаю, он сыграл ключевую роль в переходе. Бернд считает, что у нас много талантливых парней и девушек. Ему импонируют белорусы и сами по себе, и в плане игры. Он не работает в «Карл Цейсс». Штанге помогал как селекционер. Его попросили найти девчонок, и он начал следить за нашей сборной, предлагать варианты. Впоследствии Бернд много помогал мне. Очень добрый, открытый человек. Рада, что познакомилась с ним. Без него мне было бы там тяжелее.

— Давно решила, что по достижении 18 лет отправишься за границу?

— Зимой у меня был действующий контракт с «Минском». Понимала, что еще на сезон придется остаться. Рассчитывала, что уеду в 19. Но появилось вот это предложение. Удивило, что «Карл Цейсс» был готов внести какую-то оплату за переход. Казалось, что «Минск» не согласится. Благодарна бывшему клубу. Он проявил понимание и отпустил развиваться. Для меня все произошло очень быстро и неожиданно. При этом все прекрасно знают, как тяжело сейчас делать документы. Визу получала несколько месяцев.

— Для тебя было важно уехать именно в Западную Европу?

— Наверное, нет. Я довольно самокритична. Считала, что уровень Западной Европы — это то, до чего мне еще играть и играть. Не рассчитывала на предложение из топ-чемпионата. Планировала начать в лиге попроще, например, в соседней Польше. Но, когда появился такой вариант, даже не раздумывала. Меня особо не волновало, сколько там будут платить. Предложили поиграть в немецком чемпионате, и я такая: еду!

— Страшно не было?

— Тогда нет. Было интересно. Я очень хотела. У меня была мечта — уехать в Европу. Тем более это бундеслига. Но, когда садишься в самолет, начинаешь осознавать, что впереди много нового и страшного. Было непросто. Конечно, в первую очередь имею в виду язык.

— Насколько продвинулась в изучении немецкого?

— Изначально не знала ничего, даже простых слов вроде «спасибо», «пожалуйста». Но спустя четыре месяца на тренировках понимала уже около 70 процентов информации. Занималась и занималась с репетиторами, учила каждый день. На самом деле это не сложный язык. Проще, чем английский. В нем, конечно, тоже продвинулась. Пока не поехала в Германию, думала, что знаю его неплохо. Я люблю болтать. Но вести свободный диалог иногда было проблемно. Сейчас уже могу сказать, что знаю английский хорошо.

— В чем еще заключались сложности?

— В разном менталитете у нас и у европейцев. Девочки в Германии делают все, что им хочется. Они не привыкли скрывать эмоции. Если что-то не нравится — покажут это. А нас воспитали так, что мы держим все в себе, прячем эмоции подальше, чтобы окружающие их не видели. К детям там тоже относятся совсем иначе. Им предоставляют полную свободу. И они вырастают более открытыми.

— Как тебя встретили в команде?

— Не очень дружелюбно. Команда молодая, я тоже. В первый же день поехала на тренировку. Девочки не ждали моего визита. Это не предсезонка — через два дня начинался второй круг. Думаю, большинство игроков вообще не знали, что я приеду. Многие удивились. Не сказала бы, чтобы кто-то проявил интерес или радость. Они почувствовали конкуренцию.

— Спустя время отношение изменилось?

— Конечно, оно стало немного лучше. Но девочки говорили между собой на немецком. Вроде все вместе, но я не могла поддерживать диалог. Эти полгода были непростым периодом для команды. Поражения каждую неделю подкидывали дров. Атмосфера была не очень дружелюбной. В то же время все в команде общаются, часто проводят время вместе. Я такого, если честно, не видела. Обычно есть группки по интересам.

— По уровню бундеслига сравнима с Лигой чемпионов, где ты играла за «Минск»?

— Когда приехала, поняла, что уровень выше, чем в Беларуси. Было тяжело привыкнуть к этим скоростям, к стилю игры. Очень много длинных передач, борьбы. Но, на удивление, через несколько дней получилось приспособиться. Чувствовала, что могу составить конкуренцию.

— 1:10, 1:9, 1:7 — некоторые матчи твоего «Карл Цейсс» завершались с крупным счетом. Почувствовала на себе, каково было аутсайдерам чемпионата Беларуси в матчах против «Минска»?

— Думаю, ситуации немного разные. В Беларуси команды, которые находятся на последних местах, тренируются, наверное, пару раз в неделю. А здесь высокий уровень. У нас была неплохая команда. Но когда ты играешь с клубами-эталонами мирового футбола, понимаешь, что просто недостаточно хорош.

Мы могли конкурировать с командами, которые находились в таблице недалеко от нас. А первые три клуба — это совершенно другой уровень. И играть с ними тяжело любому. Нам было, наверное, тяжелее всех. Команда очень молодая. Конечно, все расстраивались, хотелось пропустить как можно меньше. Но, если честно, перед играми с «Баварией» и «Вольфсбургом» о победе речи быть не могло.

— Женские «Вольфсбург», «Бавария», «Айнтрахт», «Хоффенхайм», «Байер», «Вердер» входят в одну структуру с одноименными мужскими командами?

— Структуры общие, но у женских команд свои поля, базы. Так получилось, что во втором круге у нас не было выездов к фаворитам. Но мы побывали в Хоффенхайме, и условия поразили. Вся деревушка заточена под футбольный клуб. Там огромное количество полей. Во Фрайбурге тоже отличный стадион. Но, например, у «Минска» тренировочные поля лучше, чем у «Карл Цейсс».

— Что еще поразило в Германии?

— Наверное, количество людей на стадионах. Особенно на матчах с грандами. Мы играли в Кубке с «Баварией». У нас довольно большой стадион. И одна трибуна была практически заполнена. Это около 500 человек. А максимум собиралось порядка тысячи. Причем билеты стоят 10-15 евро. Люди с удовольствием ходят на женский футбол. В Беларуси же на матчах 30-40 человек.

— «Бавария» ведь один из твоих любимых клубов?

— Да. Нравятся и мужская, и женская команды. Из-за разгромного счета были смешанные чувства. Я тогда сыграла около 15 минут. Хотелось, наверное, больше. Но после матча все-таки было воодушевленное состояние. В какой-то степени сбылась мечта детства.

— Во сколько раз зарплаты в бундеслиге выше, чем в чемпионате Беларуси?

— Ха, не во сколько. В топ-клубах, наверное, выше. А про мою команду я бы так не сказала. Там примерно такие же деньги, как в «Минске». Возможно, даже меньше. С учетом разницы в уровне жизни получала фактически столько же. У многих девочек есть и другие работы. Потому что денег, предложенных клубом, наверное, не хватает. Кто-то работает администратором в тренажерном зале, кто-то риэлтором, кто-то консультантом в магазине спортивной одежды…

— Ты концентрировалась только на футболе?

— Да. Если бы осталась на следующий сезон или хорошо знала немецкий язык… В общем, думала о том, чтобы пойти работать.

— В итоге уходишь из «Карл Цейсс»? Контракт у тебя был рассчитан еще на два года.

— Скорее всего, ухожу. Не сошлись в условиях. Плюс поменялся тренер. У него другая картина игры. И он меня в ней не особо представлял. В следующем сезоне у клуба не будет легионеров. Мне говорили: ты можешь остаться и попытаться доказать. Но, мол, если хочешь попробовать себя в другом месте, отпустим.

— Твой приоритет — остаться в Европе?

— Да. В будущем очень хотела бы вернуться в бундеслигу, но уже на других ролях. Все-таки я совершила очень резкий скачок. Первый матч смотрела с трибун и понимала, что попала в другой мир, где играют совсем иначе. Осознала, что мне до этого еще далеко. Хотя потом появилось больше уверенности.

— Что еще показалось тебе удивительным в Германии?

— Мне была очень близка система тренировок. Нравилось, что занимаемся много, два раза в день. Все время с мячом. Получала удовольствие от ежедневного пребывания в клубе.

Один раз приходим тренироваться — нам приносят листик с какой-то задачкой по математике. Показывают его и объясняют: это вам задание на сегодня, после тренировки вы должны дать ответ. И ты бегаешь, а параллельно думаешь над решением. Так мы развивали мышление. Много было подобных упражнений. Чтобы не рушить тренировочный процесс, старалась сама переводить, догадываться. Думаю, благодаря всему этому моя голова стала работать намного быстрее.

Еще одно упражнение: надо подбить мяч, быстро перевернуть игральную карту, посмотреть, что там нарисовано, и в зависимости от масти принять его определенной частью тела. Сама я бы такое не придумала.

— Какие еще интересные особенности были в тренировочном процессе?

— После каждого занятия нужно было оценить, насколько тяжело пришлось — по десятибалльной шкале. По утрам проходили тест: какое настроение, болит ли что-то, есть ли сегодня стрессовые мероприятия? И это правильно.

А еще каждую неделю мы играли в мини-составах — четыре на четыре. Приносили кубок и всякий раз делились на разные команды. Тренер садилась на стул, ничего не комментировала, просто записывала счет. В зависимости от занятого места игроки команд получали определенное количество очков. Они заносились в таблицу, и в конце сезона девочка, набравшая больше всего баллов, получила приз. Вначале не понимала, почему все так хотят выиграть и расстраиваются, когда проигрывают. Но потом и сама вошла в азарт. Нередко мы даже ссорились. Пока одни играли, другие делали рывковую работу. После каждой такой тренировки лучшему игроку вручался кубок.

— Тебе доставался?

— Да. Получила его, когда только приехала. А потом случилась голевая засуха, и мои команды стали проигрывать. В итоге заняла место в середине таблицы. Нормально.

— В футбольном плане это время много тебе дало?

— Очень. У меня было мало игровой практики. Конечно, мне это не нравилось. Пыталась доказывать. Но потом пришла к осознанию, что не все так просто в этой жизни. Иногда влияют внешние причины. Приехав в Минск, немного расстроилась — физические показатели в большинстве своем упали. Но, думаю, если мне сейчас дать практику и немного подтянуть состояние, я увижу плюсы нахождения там.

В Германии девочки идут в футбол очень рано. Еще в детстве им дают школу. На тренировках в «Карл Цейсс» уже никто не объяснял, как правильно ставить ногу и отдавать передачу. А в Беларуси этим до сих пор занимаются в командах высшей лиги. Нет той базы, которая должна закладываться в детстве. По правде говоря, меня очень удивило, как девочки бьют по воротам, пасуют… В «Минске» не каждая может сделать длинную передачу так, чтобы мяч прилетел тебе в ногу, и не каждая может его принять. А там любая спокойно пасует на 30-40 метров. Старалась смотреть, как девочки это делают. Прилагала очень много усилий, чтобы не отличаться от них по уровню.

— Уникальный случай: ты уже в 16 лет стала играть в основе «Минска» и привлекаться в сборную. Как удалось?

— Считаю, в тот год в «Минске» команда была намного крепче, чем сейчас. Мне повезло, что меня с Настей Побегайло пригласили в основу. Большую роль сыграл Вячеслав Сергеевич Григоров, который тогда был главным тренером. Я ему понравилась. Он очень трепетно относился к нам, объяснял тактические детали. Потому что в этом плане был темный лес. За пару месяцев сделала большой шаг вперед. В тот год мне заложили понимание футбола. Потом тренер начал ставить в состав. Наверное, получилось воспользоваться шансом.

Когда впервые пришел вызов в национальную сборную, была в шоке. Но апрельский сбор тогда отменили из-за ковида. Я чуть-чуть расстроилась. А в сентябре пригласили снова. И как-то получилось и там произвести впечатление на главного тренера Юрия Ивановича Малеева. Мы полетели на Фарерские Острова, Настя Линник заболела коронавирусом… Я попала в состав и, наверное, провела неплохой матч. После этого меня стали вызывать постоянно.

— Сейчас проходит женский чемпионат Европы. Когда на топ-турнире будет сборная Беларуси?

— Делаем все, что в наших силах. Когда стремление команды и руководства белорусского футбола соединится, думаю, сможем выйти.

— Знаю, тебе нравится читать. Любимые авторы?

— Очень люблю художественную литературу. Нравятся Бакман и Сафарли. Читаю действительно много. Но в Германии, когда погрузилась в иную языковую среду, старалась сделать так, чтобы русского стало как можно меньше. Уделяла больше внимания английскому, чтобы не отвлекаться. Еще люблю рисовать, путешествовать и пробовать что-то новое.

Фото: Karim El Boujdaini, пресс-службы «Карл Цейсс» и АБФФ.

Автор: Сергей Мордасевич.

Популярные новости