Один из лидеров сборной Беларуси прояснил мотивы перехода в немецкий «Ганновер».
«Если бы остался в «Кельце», игровой практики было бы мало». Гандболист Владислав Кулеш — о переезде в бундеслигу

Первые сообщения о том, что Владислав Кулеш покинет польский «Кельце» по окончании сезона, за год до завершения контракта, появились еще в октябре 2021-го. Однако июньский «финал четырех» Лиги чемпионов как будто заставил пересмотреть прежние договоренности. «Кельце» всего ничего не хватило, чтобы оформить главный титул клубного гандбола, а Кулеш предстал лучшей версией себя, отгрузив по четыре мяча «Веспрему» в полуфинале и «Барсе» в финале.

Сценарий, при котором левый полусредний сборной Беларуси все же остался бы в Польше, виделся наиболее вероятным. Его не оказалось в числе игроков, с которыми клуб попрощался на церемонии закрытия сезона, да и сам Влад признавался, что ни один из прочих вариантов продолжения карьеры его не устроил. Так что новости последних дней стали сюрпризом. Сначала мы удивились, узнав, что Кулеш все-таки расстается с «Кельце». Затем удивились вдвойне, когда было объявлено, что его новой командой станет немецкий «Ганновер». В минувшем сезоне этот клуб прибрел к финишу лишь 13-м в сильнейшей лиге мира. Но он уже давно имеет большие амбиции, два года назад в ковидном розыгрыше бундеслиги занимал высокое четвертое место, а в 2018-м и 2019-м добирался до «финала четырех» Кубка Германии.

— Мы с семьей сейчас в Варшаве. В четверг идем в посольство, нужно оформить рабочие документы. Затем летим в Германию. До этого три-четыре дня были в Кельце, забирали вещи. Успел увидеться и попрощаться с большей частью ребят из команды.

После успешного «финала четырех» Лиги чемпионов все шло к тому…

— …Не совсем успешного.

— По крайней мере — успешного для тебя… Так вот, после «финала четырех» все шло к тому, что ты останешься в «Кельце». Когда и почему ситуация поменялась?

— Скажу так: ситуация и не менялась, не налаживалась. Все это время я искал команду. Но клубы не хотели платить за меня «Кельце». Поэтому все и тянулось так долго.

— Была ли у тебя возможность остаться в «Кельце»? Разговаривал ли ты на этот счет с главным тренером Талантом Дуйшебаевым, президентом Бертусом Серваасом?

— Клуб заранее подписал на мое место молодого шведа (Эллиота Стенмальма — прим.). У меня был еще год контракта с «Кельце». Если бы я ничего не нашел, то остался бы на сезон. Но «Ганновер» договорился с клубом, и, понятное дело, я ухожу.

— Если бы ты остался, сколько игровой практики у тебя было бы? Обговаривали это с тренером и руководством?

— Практики было бы мало. Тренер пообещал, что молодой швед будет играть. А три человека на одной позиции — это много.

— Вариант с «Ганновером» возник не так давно?

— Недели полторы назад клуб снова вышел на нас. Он активно интересовался мной уже давно, может, с марта. Но у меня были сомнения, ехать ли туда. В конце концов принял решение перейти на год.

— Почему ты сомневался?

— Всегда хочется играть в еврокубках. Но рабочих вариантов продолжения карьеры в клубах, которые там выступают, не было. Поэтому я и в «Ганновере». Проблема была еще в том, что клуб не хотел платить за игрока, который подписывает контракт на год. Долго не могли договориться, но в конце концов «Ганновер» согласился.

— Получается, по окончании сезона ты снова поменяешь команду?

— Не факт. Я ведь не знаю, как пойдет дело. Мало ли, может, мы выиграем бундеслигу и попадем в Лигу чемпионов. Посмотрим, как будут развиваться события.

— Ходят слухи, что ты можешь оказаться в Венгрии.

— Не знаю. Всякое может быть.

«Монпелье», «Мешков Брест», «Ганновер»… Какие еще варианты были у тебя этим летом?

— Не хочу разглашать. Звали и другие клубы. В том числе те, которые тоже готовы были заплатить «Кельце». Но все же я выбрал «Ганновер». Повторюсь, важно, что клуб согласился взять меня на год. А бундеслига, как все знают, — очень сильный чемпионат.

— Консультировался с кем-то перед переходом? Может, с главным тренером сборной Юрием Шевцовым, который долго работал и живет в Германии?

— Да. Он говорил, что в бундеслиге каждый матч как в Лиге чемпионов, что последняя команда может выиграть у первой. Еще общался с Бранко Вуйовичем, который также переходит из «Кельце» в «Ганновер». Он рассказал, что здесь все круто, все классное — город, команда, отношение к игрокам. Это тоже повлияло. Мы с Бранко три года выступали вместе, подружились. Мне с ним легко на площадке. Он сыграл существенную роль в моем переходе. Общаемся с ним на польском.

С Бранко Вуйовичем

А еще знаю, что в «Ганновере» есть Евгений Певнов, который разговаривает по-русски (уроженец Ташкента, экс-гандболист сборной Германии, пробовался в сборной России — прим.). Надеюсь, первое время он будет помогать в общении с командой, тренером. Потому что поначалу в языковом плане будет тяжело.

— Собираешься учить немецкий?

— Да. Хотелось бы выйти хоть на какой-то уровень, начать потихоньку говорить через 6-7 месяцев. Но как будет — не знаю. Все отмечают, что это очень-очень сложный язык.

— Ты действительно всегда хотел поиграть в бундеслиге, как признался в комментарии для клубной пресс-службы?

— Да-да. С детства такая мечта. О том, как классно в бундеслиге, рассказывали тренеры. Это осталось в голове.

— 13-е место «Ганновера» ведь не соответствует потенциалу команды, ее кадровому ресурсу?

— Насколько знаю, в конце прошлого сезона у клуба было очень много травм. И это тоже сыграло свою роль. Плюс сейчас подписано немало игроков. Думаю, в новом сезоне мы сто процентов будем выше.

— Финансовые условия контракта с «Ганновером» хуже или лучше, чем были в «Кельце»?

— Плюс-минус сопоставимы.

— Насколько трудно устраивать переезд с маленьким ребенком? И как отнеслась к переходу жена — бывшая российская гандболистка Юлия Голубева?

— Это жизнь спортсмена. Никогда не знаешь, где окажешься завтра. Мысль о возможном переезде заложена глубоко внутри. Тяжело оформить все документы, найти врачей, которые могут понадобиться… Какое-то время потребуется, чтобы освоиться, обзавестись контактами. На этом сложности и заканчиваются. О детском садике, школе думать еще рановато.

Юля не очень-то хотела уезжать. В Кельце у нее осталось много подружек. Она уже и язык выучила. Но сказала: куда ты — туда и я. Поддержала.

— Есть ли у тебя обида на «Кельце» за решение расстаться?

— Я сам допустил это плохой игрой в начале прошлого сезона. Так что обиды, по большому счету, нет. Надо было лучше играть на том отрезке. И все было бы нормально.

— Талант Дуйшебаев что-то сказал на прощание?

— Пожелал удачи. Сказал, что остаемся в контакте, что будет звонить, спрашивать, как дела. Ну и добавил: мой номер у тебя есть, если понадобится помощь — в любой момент обращайся.

Недавно Дуйшебаев сказал про тебя: «Когда жареный петух клюнул в одно место, Влад затянул пояс и начал работать, как он умеет. Особенно это стало видно после январского чемпионата Европы. Приходил за полчаса до тренировки и оставался после».

— Не за полчаса — минут за 15-20. Это базовые нюансы. Растягивался, раскатывался. Потому что микротравмы, разные болячки меня беспокоили. Не хотел их усугубить. А после тренировок периодически оставался побросать, старался набрать форму. Хотелось как можно больше дать этому клубу. И, конечно, выиграть Лигу чемпионов. Это желание остается. В какой-то мере я повзрослел. Все те проблемы, так сказать, закалили.

— Уже осознал, что второе место в Лиге чемпионов — тоже достижение? Или «финал четырех» по-прежнему вызывает негативные эмоции?

— Конечно, стало легче. А первую неделю было страшное состояние. Но все равно ты думаешь не о том, что второй, а о том, как именно проиграл.

— В ролике пресс-службы «Кельце» после поражения от «Барсы» видно, что ты не можешь сдержать слез. Это самое большое разочарование в карьере?

— Думаю, да. Мало кто был так близко к победе и не выиграл. Лучше было бы, наверное, уступить пять мячей, чем так, как мы, в серии пенальти. Потому что мы не были слабее «Барселоны». Оттого еще обиднее.

«Ганновер» начал подготовку к новому сезону 11 июля. В каком физическом состоянии сейчас ты?

— Будет видно, когда приеду. Стараюсь поддерживать форму: бегаю, хожу в тренажерку… Потихоньку стал заниматься еще в начале июля — раз в два-три дня. А с 18-20-го работаю уже ежедневно. Понятное дело, это несопоставимо с нагрузками в команде. Но тем не менее.

— В целом позитивно воспринимаешь последние изменения в жизни?

— Как написал Вадим Гайдученко, что ни делается — все к лучшему. Время покажет — к лучшему или к худшему. Но в любом случае буду стараться. Вообще я получил большую поддержку — от ребят из «Кельце», из сборной. Все сказали, что я еще вернусь в Лигу чемпионов.

— А что говорят болельщики «Кельце»? Самая памятная встреча за последнее время?

— Болельщица клуба увидела меня в городе и расплакалась, что я ухожу. Мы поговорили, она меня тоже поддержала. Таких болельщиков, как в «Кельце», надо еще поискать. Это уникумы. Они с командой действительно как семья.

Артем Королек: «Даже родившись в маленькой деревне, можно добиться того, что на тебя смотрит 20-тысячная арена»

Фото: пресс-служба «Кельце».

Автор: Сергей Мордасевич.

Популярные новости